К концу работы над второй книгой я поняла, что самая изматывающая часть процесса — не написание, не редактура и даже не поиск специалистов. Самое изматывающее — это постоянный вопрос: где я сейчас нахожусь и что мне делать дальше?
Нет такого места, где это написано. Нет карты процесса. Нет контрольного списка, который сказал бы: ты на этапе редактуры, следующий шаг — корректура, потом вёрстка, потом обложка, потом подготовка файлов. У каждого автора-самиздатчика — своя папка с закладками, своя таблица в Excel, свои заметки в телефоне и двадцать переписок с разными людьми.
Я делала так же. И мне всё время казалось, что я что-то упустила. Не потому что упускала — а потому что не было единой картины. Где у меня лежат финальные файлы от редактора? В письме? В облаке? Какой вариант обложки был утверждён — второй или третий? Кому я отправила рукопись на корректуру и когда ожидать ответа?
Это управленческий хаос. И он не связан с качеством работы — все специалисты делали своё дело хорошо. Хаос возникал там, где не было системы, которая всё это держала бы вместе.
Больше всего меня бесило вот что: я понятия не имела, готова ли рукопись к следующему шагу. Я отдавала текст редактору, не зная точно — стоит ли вообще его отдавать. Не потому что сомневалась в качестве. А потому что не было никого, кто объективно оценил бы: да, этот текст готов к профессиональной редактуре, можно двигаться вперёд. Или нет — здесь ещё нужна работа автора, прежде чем звать редактора.
Именно это разрыв — между «я написала» и «я готова к редактуре» — стоит денег и времени. Иногда больших денег. Потому что редактура неготовой рукописи делается дважды.
Я думала: если бы существовал один инструмент, который даёт чёткий ответ — готова ли рукопись к следующему этапу, — это изменило бы многое. Не только для меня. Для любого автора, который делает это впервые и не знает, где он в процессе.
Эта мысль никуда не уходила. Она была там — в конце второй книги, в начале третьей. И в конечном счёте стала началом чего-то нового.