Ужасов не будет.
Книга далась мне легко. Была понятна хронология, герои, сюжетные линии. Может, потому что я писала автофикшн - современную автобиографическую прозу. Ежу понятно, что за чем писать. Приправила повествование рассказами и они оживили скучные факты.
Первую рукопись увидела мой первый редактор. Вроде, не убежала, выпучив глаза. Даже похвалила за финал, отметив, что просится вторая книга после него. Я не думала о второй, я была в эйфории от первой. Но всё же закончив все приготовления к печати и, напечатав первую, взялась и за вторую.
Редактор прошлась по моей рукописи дважды и всякий раз было что исправлять. Но я была столь самонадеянна, что ещё до редактуры я выслала рукопись нескольким знакомым. Сейчас я в ужасе... Они ведь её прочитали! Спустя год, две редакторские правки, десять моих последующих правок, я понимаю, что там всё ещё есть что редактировать. Но они прочитали её в первозданном виде. С многочисленными речевыми тиками (один из моих любимых "просто" - 161 вхождение), с употреблением клише и метафор, с обилием деепричастных оборотов. За что объявляю им вечную благодарность и любовь с моей стороны.
Несмотря на то, что я люблю порядок, мои рукописи в полном беспорядке: могу писать то в Word , то в Google.doc , то у себя в заметках. Не выделяю заголовки и подзаголовки соответствующим шрифтом, игнорирую начало абзацев и могу не заметить каким кеглем пишу - двенадцатый, тринадцатый - одна малина.
Но мне повезло с мужем, я весь свой хаос сваливаю на него. И он, причитая, сидит несколько дней и вычищает мой текст, приводя всё к единообразию.
А ещё частенько бывает так, что как только он заканчивает работу и переводит рукопись в нужные форматы, я нахожу какую-то ошибку в тексте или мне совершенно необходимо переписать один из абзацев. Тогда он подходит ко мне очень близко и шипит:
- Смотри мне в глаза и клянись, что это последнее исправление!
А я-то что? Я клянусь... На сегодня точно последнее :)))
Так появляются файлы с названием «книгафинал_3точно_последний.docx».
Интересно, как выглядит ваш первый черновик — и решились ли вы показать его кому-нибудь?