Когда звукорежиссёр Антон открыл мои файлы и написал «ну что ж, работать можно», я поняла, что это самая добрая фраза, которую мне скажут в ближайшие недели. Я записывала книгу сама, в арендованной тихой комнате в Чиангмае, с микрофоном, который посоветовали в каком-то ютуб-ролике про подкасты. Я думала, что справилась. Антон думал иначе.

Идея читать аудиокнигу самой пришла не из желания сэкономить. Точнее, не только из него. Я слышала аудиокниги, где автор читает сам — и там есть что-то, чего нет в самом профессиональном дикторе. Интонация изнутри. Паузы, которые стоят именно там, где автор хотел, а не там, где диктор решил сделать акцент. Я хотела эту интонацию. Моя книга — личная, разговорная, она написана голосом, и мне казалось важным, чтобы этот голос был буквально моим.

Я читала главами, перечитывала спорные места, резала файлы в Audacity по инструкции с ютуба. Когда закончила, у меня было двадцать семь аудиофайлов разного качества, несколько мест, где вентилятор всё-таки пробился в запись, и одна глава, которую я, судя по всему, записала слишком близко к микрофону — там слышалось дыхание на каждом «п» и «б». Я отправила всё это Антону.

Антон работал со звуком для подкастов, документалок и нескольких аудиокниг. Он сразу объяснил, что есть хорошие новости и есть плохие. Хорошие: голос чистый, тембр приятный, нет критических ошибок в ударениях. Плохие: уровень шума в части файлов выше допустимого для большинства платформ, несколько мест придётся перезаписать, и ещё — в одной главе я по непонятной причине читала заметно быстрее, чем в остальных, и это слышно.

Про техническую сторону я не знала почти ничего. Антон объяснил: у разных площадок — у Audible, у российских сервисов — разные требования к формату, уровню громкости, шуму. Есть параметр RMS (средняя громкость), есть пиковый уровень, есть отношение сигнал/шум. Всё это должно попадать в диапазон. Мои файлы не везде попадали. Часть этого Антон мог исправить в сведении — убрать шум, выровнять уровень. Часть нужно было перезаписать.

Перезапись оказалась психологически тяжелее первой записи. В первый раз я читала с ощущением: я делаю что-то новое, я автор своей аудиокниги. Во второй раз нужно было найти ту же интонацию, то же настроение — в конкретной сцене, в конкретном абзаце — и воспроизвести её. Это другая задача. Я несколько раз перечитывала кусок и слышала, что читаю «технически», не погружаясь. Приходилось делать паузу, возвращаться к тексту, читать соседние страницы — и только потом снова браться за микрофон.

Правки по фонограмме — это отдельный опыт. Антон присылал временны́е метки: «4:32 — щелчок», «11:18 — вдох слишком громкий», «23:45 — слово съедено, переходи к следующему предложению резко». Я открывала файл, слушала, понимала, о чём он. Иногда спорила — один «громкий вдох» мне казался важным, там была пауза перед важным словом. Антон объяснял: в чтении вслух пауза с вдохом читается иначе, чем на бумаге. Вдох отвлекает. Я соглашалась.

Финальный файл — все главы сведены, выровнены, экспортированы в нужных форматах — пришёл через три недели после того, как я отправила исходники. Я слушала его на ноутбуке, потом в наушниках, потом через телефонную колонку — проверяла, как звучит везде. Местами я слышала себя и не узнавала: казалось, голос чужой, слишком ровный. Потом привыкла. Антон говорил, что так бывает всегда — к собственному голосу в записи привыкаешь со второго-третьего прослушивания.

Если вы собираетесь записывать аудиокнигу сами — несколько вещей, которые я бы сделала иначе. Первое: договоритесь со звукорежиссёром заранее и спросите у него технические требования до записи, не после. Второе: записывайте в одном месте, в одно время суток — акустика и фон меняются. Третье: читайте медленнее, чем вам кажется правильным. При прослушивании темп всегда воспринимается быстрее, чем при записи. И последнее: слушайте себя после каждой главы, не в конце всего. Ошибки проще исправлять сразу, пока ты ещё «внутри» текста.